Исследовательский центр Charta Caucasica
      Главная / Статьи
Новости
Статьи
Беслан
Краеведение
Хронология
Статистика
Документы
Паноптикум
Юмор и сатира
Фотогалерея
О нас
 

Грайр Казарян: Грузия угодила в Цхинвальский капкан

Версия для печати Версия для печати
12.08.2008 

Кавказ опять в огне. Мир на этой горной гряде вновь нарушен, и на сей раз видимо основательно и надолго. В эти дни в Южной Осетии идет самая настоящая война, с применением всех родов войск, в том числе артиллерии, танков, а также штурмовой авиации. В военные действия уже втянуты три государственных образования – Грузия, Южная Осетия и Россия. Жертвы - убитые и раненные уже исчисляются тысячами, число беженцев перевалило за десятки тысяч, многие населенные пункты, в том числе и столица Южной Осетии - Цхинвал превращены в мертвые руины, уничтожена инфраструктура, коммуникации и объекты жизнеобеспечения. Выражаясь коротко – в Южной Осетии наступила гуманитарная катастрофа.

 

Нынешняя фаза противостояния началась в ночь на 8 августа, когда Грузия, нарушив предложенный  им же самим за несколько часов до этого мораторий на ведение боевых действий, бросила свои войска на спящий Цхинвал:  осетино-грузинский конфликт из медленнотлеющегося противостояния сразу же превратился в полномасштабную войну. Через 16 лет после установления сносного перемирия на лини соприкосновения осетинского и грузинского этносов, началась третья  по счету война, начатая Грузией против осетин, но на этот раз более крупномасштабная и разрушительная. По всем своим основным критериям - обхвату зоны непосредственных боестолкновений, численности вовлеченных в конфликт вооруженных сил с каждой из сторон, числу жертв и объему разрушений, эти несколько дней войны оказались намного более катастрофичными, чем весь период осетино-грузинской войны 1989-1992гг.

 

Осетинский вопрос в Грузии, имея глубокие исторические корни, в нынешнем виде возродился в годы развала Советского Союза. В условиях подъема национального самосознания, осетинский народ начал борьбу за свои национальные права, в ситуации, когда Грузией ставилось под сомнение само право проживания осетин на территории Южной Осетии. После провозглашения Грузией независимости, о своей независимости объявила и ее бывшая автономная область – Южная Осетия, так же, как и другая автономная республика - Абхазия. Сразу после этого вялотекущие столкновения между грузинами и осетинами переросли в боевые действия, которые продолжались с переменной интенсивностью и были остановлены под давлением России в 1992 году – подписанием «Догомысских соглашений» и в условиях непосредственного ввода в зону конфликта  миротворческого контингента. В момент подписания перемирия, часть Южной Осетии, в частности Ахалгорский район (в прошлом – Ленингорский), а также окружающие столицу Цхинвал многочисленные грузинские анклавные и полуанклавные населенные пункты остались под контролем Тбилиси, и данная конфигурация сохранялась до последних событий.

 

За прошедшие после подписания осетино-грузинского перемирия годы, переговоры по мирному урегулированию данного конфликта, по понятным причинам каждый раз кончались безрезультатно, так как каждая из сторон стояла на взаимоисключающих позициях. Если Грузия в лучшем случае время от времени «соглашалась» на какую-то аморфную автономию, без конкретизации основных прав данного образования, и в условиях, когда новая грузинская конституция исключает данную возможность, то Южная Осетия, помня о прошлом, и слышать не хотела о вхождении в состав грузинского государства. За эти годы позиции сторон все более отдалялись друг от друга: этому способствовали с одной стороны, грузинский бесповоротный курс на Запад, с прицелом на вхождение в НАТО и последовавшая за этим «холодная война» с Россией, и с другой стороны – Московский ответ Тбилиси, в форме предоставления гражданам Южной Осетии российского гражданства и постепенная интеграция данного образования в экономическое и политическое поле России. За последние годы сформировалась также определенная концепция: Россия объявила себя гарантом безопасности осетинского населения, что подразумевало также защиту территорий, находящих под контролем властей Южной Осетии.

 

Но дальше этой линии Россия не решалась переступать: даже после признания Косово, российские власти не рискнули осуществить свои постоянные угрозы в случае допущению данного факта – признать независимость Южной Осетии и Абхазии. Озвучивая угрозы о признании данных образований, Россия сама в серьез никогда не рассматривала данный вариант. Во-первых, это сулило России многочисленные предвиденные и непредвиденные  осложнения, начиная с жесткого противостояния с Западом и кончая проблемами  с собственными автономными образованиями, а во-вторых, данное подвешенное состояние Южной Осетии, а также Абхазии, вполне устраивало Россию: продолжалось фактическое превращение данных образований в российские федеративные субъекты, и при этом сохранялся статус-кво, как постоянный рычаг давления на Грузию.

 

Понятно, что Грузию совершенно не устраивал данный «Кавказский порядок», и за все эти годы Тбилиси апробировал немало методов для установления контроля над отколовшимися субъектами - Южной Осетией и Абхазией. Время от времени Грузия останавливалась на силовом решении данных конфликтов, но в этом направлении всякий раз терпела разного рода неудачи. До сих пор помнятся кадры 2004г. - колонна пленных грузинских солдат ползком передвигающаяся по центральной улице Цхинвала, как результат очередной неудачи грузинских властей по силовому решению проблемы Южной Осетии. Но даже после данного «позорного шествия», Грузия не то что не отбросила надежду на военный захват Южной Осетии, а наоборот, рассматривала данный сценарий как единственный результативный метод окончательного решения осетинского вопроса.

 

После прихода к власти Михаила Саакашвили, Тбилиси интенсивно вооружался: милитаризация стала краеугольным камнем построения грузинского государства, а новосозданная грузинская армия – инструментом, с помощью которой Грузия намеревалась подавить сопротивление бывших автономий. При помощи денег американских налогоплательщиков и соответствующих инструкторов за эти годы Грузия создала более менее боеспособную 32-ух тысячную армию, определенная часть которой прошла боевую обкатку в составе «грузинского миротворческого контингента» в Ираке. Грузинская армия, шагающая под Натовский такт, многочисленные военные парады, поставки непомерно огромного количества  вооружений из стран западной и прозападной оси, личные амбиции грузинского руководства в купе с императивным требованием грузинского общества «вымести осетин за Рокский тоннель», не оставляли надежды на мир и цивилизованное размежевание грузинского и осетинского этносов.

 

Война приходит туда, где ее ждут, или не в состоянии остановить. Наступил момент, когда основные акторы грузинского театра остановились на вооруженном варианте решения осетино-грузинского противостояния: соблазн испытать Цхинвальский капкан становился невыносимым. Сформировались видения и оценки собственных возможностей, подогретые групповыми, национальными и государственными интересами, вернее тем, что подразумевается под данными интересами.

 

Грузия, за эти годы ставшая проводником англо-американских корпоративных интересов на Южном Кавказе, и коммуникационным и транспортным коридором, соединяющим Восток и Запад, в какой-то момент окончательно уверовала в свою вседозволенность и бесконтрольность. Постоянно провоцирую всех, в том числе и временами шантажируя даже своих западных покровителей, грузинские власти, подогреваемые шовинистическими настроениями грузинского общества, совершенно недооценили свои нынешние возможности и главное, свое право на принятие таких решений, которые будут иметь даже не региональное, а мировое значение, а также не просчитали возможные последствия. Последние события в Южной Осетии наглядно показали, что Грузия основательно и детально подготовилась к силовому решению осетинского вопроса.

 

Грузинский военно-оперативный план в осетинском направлении предусматривал после массированного артобстрела молниеносный блицкриг, с захватом Цхинвала и с выходом на Рокский тоннель (единственная дорога, соединяющая Южную Осетию с Россией), с последующим подавлением, зачисткой осетинонаселенных пунктов и выдавливанием всего осетинского населения с данных территорий. Обсуждались варианты, что, во-первых, Россия, несмотря на многочисленные угрозы в этом вопросе, все же не рискнет ввести наземные войска в Южную Осетию, но в любом случае грузины были уверенны, что за считанные часы смогут дойти и закрыть Рокский проход, в случае чего, с учетом специфики данной высокогорной местности, исключалось бы любая возможность проникновения крупного соединения с северного направления на данную территорию. Грузинский план предусматривал также применение тактики «выжженной земли», то есть полное разрушение всех осетинских населенных пунктов, в том числе и столицы Цхинвала, чтобы у осетинского населения  даже в будущем не осталось бы варианта и места, куда можно было бы вернутся. Южная Осетия должна была исчезнуть вместе со своим населением, административным центром предполагалось объявить село Курта (где до недавнего времени комфортно располагалась созданная Тбилиси марионеточная «Временная администрация Южной Осетии») и осетинский вопрос в Грузии данными геноцидальными действиями должен был быть окончательно и бесповоротно решен. В случае провала блицкрига (вероятность чего Тбилиси рассматривал как минимальную), грузинские власти имели уверенность, что ее «Западные работодатели» под занавес борьбы «с имперскими амбициями России» смогут обеспечить безболезненный выход Грузии из кризиса, и главное, вернут ситуацию в исходное положение. То есть у Грузии имелась полная уверенность, что она в любом случае ничего не потеряет, а в случае успеха решит осетинский вопрос.

 

Южная Осетия, сама никак не провоцирующая войну, тем не менее никогда не исключала силовой вариант развития событий, тем более, что от войны никуда убежать не могла. Осетины всегда скептически относились к боевым способностям грузинской армии, считая, что та, кроме мародерства ни на что серьезное не способна. Была определенная уверенность, что в случае полномасштабных боевых действий 3-ех тысячные (в случае мобилизации это цифра могла дойти до 9-и тысяч) вооруженные силы осетин смогут выдержать первый удар грузинской армии, а за это время подоспеют добровольцы из Северной Осетии и других северокавказских республик. У осетин была также уверенность, что в случае начала грузинскими властями боевых действий, Абхазия, связанная с Южной Осетией договором об оказании взаимной военной помощи, а также с учетом собственных интересов, откроет второй фронт с Грузией, тем самим, перетянув на данное направление определенную часть грузинской армии. И главное, с учетом сформировавшихся за последние годы российско-грузинских конфликтных взаимоотношений, у Южной Осетии имелось определенная надежда, что в случае боевых действий, Россия в той или иной форме выполнит свои обязательства, о чем за последние годы постоянно твердили осетинам московские чиновники разных мастей. А в случае развязания Грузией боевых действий, у осетин имелась надежда, что они смогут между делом раз и навсегда покончить на своей территории с грузинскими анклавными образованиями, из которых все эти годы периодически обстреливались осетинские населенные пункты и которые тормозили естественное развитие Южной Осетии. Вариант поражения осетины даже не рассматривали, так как на кону было их существование как этноса, и право проживания на данной земле.

 

В ночь на 8 августа, вооруженные силы Грузии после продолжительного многодневного артиллерийского обстрела, с использованием минометов, крупнокалиберной артиллерии и систем залпового огня «Град», перешли линю соприкосновения и начали параллельно штурмовать осетинские села и город Цхинвал. Политкорректность была отброшена в сторону: грузинские военные напрямую охарактеризовали свои действия «операцией по очистке Южной Осетии от бандформирований», под которыми подразумевалось все  осетинское население, правда, грузинское руководство назвало свои действия «восстановлением конституционного порядка в Цхинвальском регионе» (даже использование термина Южная Осетия воспринимается грузинским обществом как нечто кощунственное). Грузия бросила на все участки боевых действий в общей сложности до 15 тысяч солдат, которые должны были воплотить в жизнь грузинский военно-оперативный план. Всего за пару дней на территории Южной Осетии грузинские войска с лихвой осуществили одну из частей своего оперативного плана: до 2 тысяч убитых мирных жителей, основательно разрушенный и непригодный для жизни Цхинвал и более десяти осетинских сел, мародерства, грабежи, изнасилования, хладнокровные расстрелы мирных жителей, в том числе стариков, женщин и детей, осуществление патологически- жестоких ритуальных убийств и всяко рода других геноцидальных действий, вот итог пребывания грузинских войск на осетинской территории.  Но грузинский блицкриг, предусматривающий полный захват Цхинвала за три часа, не получился, в условиях оказания осетинами яростного сопротивления. Правда, в город грузины вошли, но так и не смогли занять его полностью и основная группировка грузинских войск завязла в уличных боях. Даже десяток осетинских сел, которые грузины смогли захватить, пали только после ожесточенных боев, оттянув тем самим грузинские войска от Рокского направления. Парадный марш бросок на Рокский тоннель, для закрытия наземного доступа российских войск в Южную Осетию, грузинская армия так и не смогла осуществить. Для грузинских войск Цхинвальских капкан начал захлопываться.

 

Для обоих воюющих сторон, и для грузин и для осетин наступили тревожные часы ожидания: каким будет реакция Москвы и во что это выльется? Реакция последовала быстрее, чем это предполагали грузинские власти: из последующих событий стало ясно, что Россия «ждала этого долго» и основательно подготовилась для отыграния по полной программе, тем более, что грузины своими действиями предоставили ей эту возможность. С раннего утра 8 августа, заявив о «необходимости спасения граждан России и оказания помощи миротворцам», Россия озвучила начало «операции по принуждению грузинской стороны к миру», что на практике  вылились в массовые бомбежки военных объектов на территории самой Грузии и вводе 58-я российской армии, а следом и других войсковых частей на территорию Южной Осетии, которые осуществили марш бросок и после однодневных боев заняли Цхинвал. Началась постепенное выдавливание и уничтожение грузинский военной группировки на территории Южной Осетии. Для грузинской армии Цхинвальских капкан захлопнулся.

 

Боевые действия в Южной Осетии все еще продолжаются, но можно провести некоторые итоги и предположения о развитии ситуации. Во-первых, стало ясно, что Москва хочет сделать из этого конфликта наглядный пример в назидание многим. Ей нужно убедить даже не Грузию, а Запад, что она имеет на Кавказе свои фундаментальные интересы и не потерпит всякого рода манипуляции у своих границ. Выявилось и другое важное обстоятельство, англо-американский альянс не в состоянии серьезно помочь Грузии в конфликтах с бывшими автономиями, а тем более реально остановить российские танки. После ввода российской военной группировки в Южную Осетию, со стороны Госдепартамента США прозвучали обвинения в адрес России о «несоразмерности и неадекватности ее действий», которые «опасны и неприемлемы». Но данные фразы вряд ли остановят руководство России, которое судя по методам ведения боевых действий и характеризации своих и чужих действий, наметило сценарий апробации «Кавказкого проекта Косово». Нанесение авиаударов по военным объектам внутри Грузии,  характерные фразы по «принуждению к миру», охарактерезация многочисленных военных преступлений грузинских подразделений против мирных жителей Южной Осетии как геноцид, заявления о необходимости отдать под международный трибунал грузинских военных преступников, озвучивание тезиса о невозможности мирного сосуществования в одном государстве двух противоборствующих этносов и т.д., свидетельствуют, что Россия досконально изучила политику, стандарты и даже терминологию Запада и пытается использовать все это для  осуществления намеченных целей.

 

А на сегодняшний день Россия требует полного и безусловного вывода грузинских войск из Южной Осетии на исходные позиции и подписания сторонами конфликта юридически обязывающего договора о неприменении силы. Но если первую часть условия Грузия еще как-то может выполнить, то выполнение второго требования для Грузии означает потерею Южной Осетии де-факто, со всеми вытекающими со временем последствиями. У Грузии нет никаких гарантий, что Россия в любом случае не разыграет до конца «Косовский прецедент».

 

Для Грузии сейчас самый важный вопрос, а где в конце концов остановятся российские танки и по какой черте пройдет линия соприкосновения с осетинами, когда рассеется «дым от пороха». Никак не исключается, а наоборот, имеется большая вероятность, что Грузия может потерять все свои анклавные образования на территории Южной Осетии и новая линия соприкосновения конфликтующих сторон будет проходить по бывшей границе Автономной Области Южная Осетия. Для Грузии неспокойная ситуация сложилась и на Абхазском направлении, где развитие ситуации за последние дни подсказывает, что абхазы поставили перед собой цель воспользоваться подходящим моментом и покончить с Кодорским ущельем - последним форпостом Грузии на территории Абхазии. Руководство Абхазии уже напрямую заявило о данном своем желании и начало интенсивно притворять ее в жизнь: абхазская армия начало наносить воздушные удары по населенным пунктам в Кодоре, а абхазские войска уже вышли к реке Ингур. Если Абхазия пойдет на осуществление наземной операции по взятию Кодорского ущелья, то при нынешнем положении Грузии, она вряд ли сможет результативно воспрепятствовать этому. Для грузинских властей может обернуться также кризисом сообщения о реальных потерях грузинской армии в Южной Осетии, которые скорее всего немалые. В какой-то момент грузинским властям придется озвучить данную цифру, и грузинское общество наконец услышит во сколько «личной крови» обошлись ей собственные шовинистические амбиции.

 

Всем ясно, что вопросы о дальнейшем развитии ситуации, войны или мира, и какого мира, не будут решаться в Цхинвале или в Тбилиси, а это будет происходить в Москве, Лондоне и Вашингтоне. Только договоренности между данными странами могут остановить дальнейшую эскалацию и расползания конфликта. В скором времени прояснится также один из главных вопросов: получило ли руководство Грузии окончательное добро от своих главных «спонсоров» - англо-американского альянса на право начинать боевые действия в Южной Осетии, которые могли, да еще и могут поставить под угрозу маршрут транспортировки углеводородов – результат многолетнего труда основных игроков западного сообщества, или же Тбилиси пошел на это в надежде поставить всех перед свершившимся фактом. Но в любом случае, ныне свершившийся факт явно не в пользу Грузии и ее властей.  

 
Грайр Казарян


ARMENIA TODAY

Возврат к списку новостей




 
04.04.2011  Россия удовлетворена отказом Гаагского суда рассматривать жалобу Грузии
02.03.2010  Председатель Правительства Российской Федерации В.В.Путин провел рабочую встречу с президентом Республики Северная Осетия-Алания Т.Д.Мамсуровым
24.02.2010  Хаджимба: Нельзя винить одного Саакашвили
04.02.2010  Чиновников Северной Осетии обучат работе в Интернете
01.06.2009  Явка на выборах депутатов Парламента Республики Южная Осетия составила 81,93%. В Парламент прошли три политические партии.
06.02.2009  Грузия попросила у Украины запрещенные мины-ловушки
29.10.2008  ЕС предлагает направить часть донорской помощи Грузии в Южную Осетию
29.10.2008  Начальник ОШ ВС Грузии рассказал о событиях августа
29.10.2008  Для безопасности в Ю.Осетии и Абхазии нужны бригады войск - МИД РФ
29.10.2008  Южная Осетия выплатила Грузии задолженность за газ
© 2006 Исследовательский центр Charta Caucasica