Исследовательский центр Charta Caucasica
      Главная / Статьи
Новости
Статьи
Беслан
Краеведение
Хронология
Статистика
Документы
Паноптикум
Юмор и сатира
Фотогалерея
О нас
 

Текст выступления Юрия Дзиццойты 13 марта 2008 года на парламентских слушаниях в Государственной Думе РФ

Версия для печати Версия для печати
24.03.2008 

К истории и состоянию осетино-грузинских взаимоотношений

17 февраля 2008 года была провозглашена независимость Косово. Спустя несколько часов, ряд западных стран, включая США, заявили о своей готовности признать новообразовавшееся государство. Этим самым было положено начало новому порядку образования государств. При этом западные партнеры Косова заявляют, что Косово – это уникальный случай, который не может рассматриваться в качестве прецедента другими непризнанными странами. В чем же уникальность косовского урегулирования и почему опыт обретения независимости сербской автономией не может быть взят на вооружение бывшими советскими автономиями – Южной Осетией, Абхазией, Нагорным Карабахом и Приднестровьем? Действительно ли Косово имеет более весомое основание в признании, чем эти государства?

В настоящем докладе мы попытаемся выяснить элементы, сближающие и, напротив, отличающие ситуацию в Косово от ситуации в Южной Осетии. Мы также попытаемся обосновать право Южной Осетии на обретение независимости. Наша задача облегчается тем обстоятельством, что ряд ведущих российских политиков, в первую очередь президент В. В. Путин, уже высказались против попытки рассматривать косовский случай как уникальный, не имеющий шансов стать прецедентом.

Начнем с небольшого экскурса в историю взаимоотношений Южной Осетии и Грузии. Хорошо известно, что корни нынешнего конфликта между этими странами уходят в тот период, который принято называть «развалом Советского Союза». Именно сепаратистское движение Советской Грузии, сопровождавшееся беспрецедентным давлением на автономии, породили движение сопротивления в Абхазии и Южной Осетии. И когда грузинские политики на разных уровнях обвиняют абхазов и южных осетин в сепаратизме, то в этом нет ничего, кроме попытки переставить все с ног на голову.

Хорошо известно, что Грузинская ССР вместе с республиками Прибалтики находились в авангарде движения за выход из состава СССР. Это был классический пример сепаратизма, однако нас в данном случае интересует тот факт, что РСФСР до беловежского соглашения ни разу не заявляла о своем желании выйти из состава Советского Союза. Данное обстоятельство кардинальным образом противопоставляет ситуацию в Южной Осетии и Абхазии той, которая сложилась в Косове и Чечне. В самом деле, если бы Россия, подобно некоторым союзным республикам, встала на путь сепаратизма, то российские автономии, согласно существовавшему на тот период Закону СССР «О порядке разрешения вопросов, связанных с выходом союзной республики из Союза ССР», имели право провести на своей территории референдум, и, в случае положительного ответа, могли остаться в составе той республики (или тех республик), которая стала бы правопреемницей Советского Союза. Именно этим правом воспользовались Абхазия и Южная Осетия, оказавшись перед необходимостью выбора между грузинским сепаратизмом и сохранением единого союзного государства.

Напомним, что в ноябре 1989 г. и в марте-июне 1990 г. Верховный Совет Грузинской ССР, в нарушение Конституции СССР и суверенитета СССР, принял решение об отмене законодательных актов, принятых в ГССР за советский период, после февраля 1921 г. Этим самым был отменен Договор от 30 декабря 1922 года об образовании СССР, а также упразднена Юго-Осетинская автономная область, образованная в 1922 году на основе Советского законодательства. Это был первый шаг к одностороннему выходу из состава Советского Союза, поставивший Южную Осетию и Абхазию вне правового пространства Грузии.

Свои крайние формы сепаратизм в Грузии принял после прихода к власти в сентябре 1990 года националистических сил во главе с Звиадом Гамсахурдиа. Усилился и нажим на автономные образования, от которых требовалось неукоснительное подчинение всем приказам из Тбилиси. В этих условиях Областной Совет народных депутатов Юго-Осетинской автономной области 20 сентября 1990 года принял Постановление о действии Конституции СССР на территории Южной Осетии.

17 марта 1991 г. в СССР проводился референдум о сохранении СССР. Грузия отказалась проводить референдум на своей территории, и этим самым окончательно поставила вне закона правовые основания своего существования. В Южной Осетии референдум о сохранении СССР был проведен, и на нем из 72 % электората, принявших участие в голосовании, 97 % проголосовали за сохранение СССР. Начиная с этого дня, притязания Грузии на Южную Осетию не имели никаких законных прав. Спустя две недели 31 марта 1991 года в Грузии был проведен свой референдум о независимости. Южная Осетия в этом референдуме не участвовала.

Таким образом, на разгул сепаратизма и национализма в Грузии Южная Осетия отвечала взвешенными решениями, соответствовавшими Конституции и законам СССР. Развал Советского Союза не предусматривался ни Конституцией, ни другими законами СССР. Южная Осетия не несет ответственности за развал Советского Союза и не должна страдать из-за безответственных решений отдельных лидеров бывших союзных республик, отдавших автономии на откуп союзным республикам, невзирая на результаты референдума СССР.

Однако вернемся к ситуации в Косово. Сербия, в состав которого входит этот край, в отличие от Грузинской ССР, не заявляла о своем выходе из состава Югославской Федерации. Поэтому движение за выход Косова из состава Сербии – это проявление сепаратизма. Это то, чего не было, да и не могло быть в Южной Осетии. Национальное движение в Косово и Южной Осетии основано на двух противоположных тенденциях: в первом случае речь должна идти о центробежных тенденциях и о сепаратизме, а во втором – о центростремительных тенденциях и о попытке соблюсти суверенитет государства. Учитывая сказанное, попытка признать за Косовом больше прав на независимость, чем за Южной Осетией, является ярким примером применения двойных стандартов в международной политике. На самом деле именно Южная Осетия и Абхазия и Приднестровье имеют больше оснований на признание своей независимости. Даже сербские анклавы в Черногории, Боснии и Герцеговине имеют больше прав на независимость, чем Косово.
Нельзя не отметить еще одно важное обстоятельство, противопоставляющее ситуацию в Косове ситуации в Южной Осетии. Независимость Южной Осетии была провозглашена 29 мая 1992г. на основе референдума, проведенного 19 января 1992 года уже после развала СССР. Таким образом, правовое оформление независимости Республики Южная Осетия состоялось до международного признания Грузии и принятия его в состав ООН, происшедшего в июне 1992 года, а также до вступления Грузии в СНГ в 1993г. Следовательно, Южная Осетия не нарушала и не нарушает территориальной целостности Грузии.

Косово же провозгласило независимость от признанного международным сообществом государства, являющегося членом ООН. Это обстоятельство в очередной раз свидетельствует о том, что у Республики Южная Осетия гораздо больше правовых оснований рассчитывать на признание своей независимости, чем Косово. Однако и данное отличие игнорируется.

Принято считать, что уникальность ситуации в Косово связана еще и с тем, что центральные власти проводили геноцид албанского населения. Но если даже признать факт геноцида, то и это еще не делает косовский случай уникальным. Хотим напомнить, что Парламент Республики Южная Осетия принял две декларации о геноциде южных осетин: одну – о геноциде в 1989-1992гг. (принято 26 апреля 2006г.) и вторую – о геноциде в 1918-1920гг. (принято 13 октября 2006г.). Парламент Республики Северная Осетия-Алания официальным решением признал факт геноцида южных осетин со стороны властей Грузии. Однако двух геноцидов в течение XX века оказалось недостаточно для признания независимости Республики Южная Осетия, тогда как «геноцида» албанского населения оказалось вполне достаточно для создания и признания независимого государства Косово.

Геноцид в любых своих проявлениях – явление противоправное и противоестественное. И если наказанием за него служит создание и признание нового государства, то Южная Осетия, потерявшая в ходе геноцида 1989-1992гг. 1 % своего населения убитыми и 3,5 % ранеными, также вправе рассчитывать на признание своей государственности. Более того, в ходе этого геноцида не в меньшей степени пострадали осетины, проживающие в Грузии. Свыше 1000 человек было убито и около 100 тысяч были депортированы в Северную Осетию. Разграблено имущество, сожжены дома. В одной только Южной Осетии грузинские борцы за независимость полностью или частично сожгли и разграбили 117 осетинских сел (из общего числа 365). Мы уже не говорим о жертвах геноцида 1918-1920гг. Их было настолько много, что пострадала практически каждая осетинская семья. О моральном ущербе, нанесенном осетинскому населению, не стоит даже и говорить.

Учитывая сказанное, народ Южной Осетии рассматривает свою государственность и ее независимость от Грузии как единственную гарантию от третьего геноцида. Доверие к грузинским властям потеряно на долгие столетия, а без этого жизнь в рамках одного государства, даже на правах широкой или широчайшей автономии невозможна. Между тем, Западные партнеры Грузии, те самые, которые признали независимость Косова, предлагают южным осетинам оставаться в составе Грузии и строить единое государство. Это ли не является проявлением двойных стандартов!

Западные эксперты утверждают, что решение косовской проблемы уникально еще и по той причине, что в нем принимают участие международные миротворческие силы под эгидой ООН. Строго говоря, это вообще не является критерием признания государства. В то же время нельзя не отметить, что миротворческая операция в зоне осетино-грузинского конфликта до 2004 года действительно была уникальной. Уникальность ее заключалась в том, что, во-первых, миротворческие силы являются многосторонними (российский, грузинский и осетинский батальоны), а во-вторых, благодаря вводу этих сил в зону конфликта прекратились боевые действия среди населения, а потери среди военнослужащих практически равнялись нулю. Именно эти факторы оказались камнем преткновения на пути грузинских властей, рассматривавших миротворческую операцию как средство восстановления своего суверенитета над Южной Осетией. Не добившись желаемых результатов, власти Грузии встали на путь разрушения формата Смешанной контрольной комиссии, заседания которой не проходят уже почти два года, и выдавливания российских постов, а также выставления незаконных грузинских постов в стратегически важных пунктах Южной Осетии.

В этих условиях народу Южной Осетии остается уповать на справедливое решение. Таким решением может стать признание независимости Республики Южная Осетия. Такое решение не затронет суверенитета Грузии, так как фактического и правового суверенитета Грузии над территорией Южной Осетии не существует.

Государственный комитет по информации и печати Республики Южная Осетия

Возврат к списку новостей




 
04.04.2011  Россия удовлетворена отказом Гаагского суда рассматривать жалобу Грузии
02.03.2010  Председатель Правительства Российской Федерации В.В.Путин провел рабочую встречу с президентом Республики Северная Осетия-Алания Т.Д.Мамсуровым
24.02.2010  Хаджимба: Нельзя винить одного Саакашвили
04.02.2010  Чиновников Северной Осетии обучат работе в Интернете
01.06.2009  Явка на выборах депутатов Парламента Республики Южная Осетия составила 81,93%. В Парламент прошли три политические партии.
06.02.2009  Грузия попросила у Украины запрещенные мины-ловушки
29.10.2008  ЕС предлагает направить часть донорской помощи Грузии в Южную Осетию
29.10.2008  Начальник ОШ ВС Грузии рассказал о событиях августа
29.10.2008  Для безопасности в Ю.Осетии и Абхазии нужны бригады войск - МИД РФ
29.10.2008  Южная Осетия выплатила Грузии задолженность за газ
© 2006 Исследовательский центр Charta Caucasica